У-ня-ня

Офис самой обычной оптово-закупочной фирмы, каких тогда было много по всей стране, в центре провинциального города, в конце девяностых. Ребята расслабились после работы и шумно спорили, явно под воздействием горячительных напитков.
– Конфуций – это конечно сила, но кто голова, так это Кастанеда, он пошел дальше, ну конечно не без помощи кактусовой водки и дядюшки Хуана, — при этом парень, которого все звали Аликон, смуглый, как тамил и худой, как тибетский монах, посмотрел уважительно на стоящую на столе текилу.
– Отстой все эти ваши ученые, нахватались на Востоке по верхам, Китай и только Китай, в крайнем случае Индия, вот где истинная философия, — это кричал водитель КАМАЗа, кореец, здоровенный, как сумоист, с трудно произносимым восточным именем Саша, но все его называли по-простому – Чон Ду Хван. С философией он был знаком исключительно по застольным беседам и потому считал самыми великими китайскими философами Брюса Ли и Джеки Чана. Все взгляды устремились на Джека, который любил пофилософствовать, а тут молчал.
– Ну, – изрёк самый главный заводила спора по кличке Святой, хотя святостью там и не пахло:
– Чё молчишь?
Джек лишь развёл руками.
– Ну, ты же был в Китае, – не унимался Святой.
Кто такой был Джек, сказать сложно, да он и сам уже не знал, несостоявшийся аспирант, затем предприниматель, а у них в фирме работал программистом. Ему тогда было за тридцать, но выглядел он старше. Видно, что жизнь его хорошо помотала. Джек вздохнул, пригубив из бутылки чешского пенного и начал свой рассказ. Эту историю некоторые уже слушали, но она по-прежнему вызывала смех; остальные были рады услышать новую байку. Все замолчали, даже игроки в покер отбросили карты и придвинулись к столу.
* * *
– Нас всех испортил денежный вопрос. И меня, и вас, и даже китайцев. Ведь жизнь какая штука? В ней что главное? Правильно, главное — это мечта, простая, как восход солнца у реки. Да, многие вспоминают тяжелые девяностые с грустью, а по мне так тогда проще всё было. Ушел из науки в бизнес. И вот я челнок, вольный купец. Что-то вроде Афанасия Никитина, но масштабом помельче. В общем, как тысячи подобных нам романтиков мелкого бизнеса — обычные индивидуальные предприниматели-спекулянты, обвешанные дешевенькими сумками из стекловолокна, устремились за бугор, дабы заработать на разнице цен. И вот шныряем мы по миру, прорвавшись сквозь железный занавес, но не ради красот заморских, и ищем там не смысл нашего существования, а что подешевле. А мимо проносится Голубая мечеть, китайская пагода, Колизей, сокровищница саксонских королей… ну и чё, это ведь нельзя купить и перепродать. Нам что-то попроще, двухкассетники, блузочки, недельки, носочки типа Adidas, дублёнки-пропитки, колготки и прочая архиважная импортная мелочёвка.
И вот, наконец-то, мечта моего детства, Китай, 1992 год. Ура! В сознании живо представлялся почему-то такой жёлтый пейзаж, ленивая упитанная река, с поросшими бамбуком берегами. И видится такая величественная картина, как на старинной китайской акварели, в которой на фоне восходящего Солнца китайцы в азиатских конических шапочках и в белых ханьфу убирают рис. Действительность оказалась куда менее экзотичной. Мы попали в местечко с неприличным названием – Суйфэньхэ. Особенно весело было смотреть на наших чопорных женщин, когда им приходилось произносить название этого городка. Вид у них был такой смущенный, как будто они только что сказали что-то архинеприличное. Я ожидал увидеть настоящую экзотику и получил. Все китайцы одеты вполне по-европейски, только бедно и также, как и мы рыщут в поисках заработка. Вывески все на русском: «Междупланетная связь», «Шуба магазин. Норка, бобёр и кусочки», «Маникюр забить вблосы», «Массаж делать. Постать банк. Татуировка», а ещё «Лечение ногой баночкой», «Чай секс-шоп», «Центр электроника у Васи», «Пяточный массаж», «Вся мирная пижама», «Фирма брюк “Две ноги”», «Оскорбить Уложить», «Половое здровоохранение» и в том же духе. В общем неповторимый китайский колорит, совсем как в старых фильмах с Джеки Чаном, только вот пагоды куда-то подевались и до Шаолиня, говорят, далеко, в котором монахи теперь за деньги учат туристов аскетизму и равнодушию к деньгам.
Проблем с тем, чтобы выбросить мусор в Китае вообще никаких, выставил в гостиничный коридор и всё. Мусорная служба оперативно работает. Правда, злые языки потом говорили, что это просто воры такие неразборчивые.
Ну всё, дела сделали, закупили рубашки из мокрого шелка, китайские джинсы Levi`s, болоньевые куртки, спортивные костюмы от бренда «Китайский Адидас» за пять долларов, часы с мелодией Montana, калькуляторы, одноразовые зонтики (считающиеся многоразовыми) и много другой китайской экзотики.
Но мы и продали кое-что, как истинные купцы новой формации: фетровые шляпы, чеснокодавилки, павловопосадские платки, фотоаппараты Зенит, Зоркий и ФЭД и всё в таком же роде.
Теперь можно и отдохнуть. Фу-у-у-у-х. Наконец-то, с делами разделались, а ещё два дня здесь куковать. Что делать? К кому ни подойдёшь – каждый предлагает свои услуги за рубли, но можно и за юани и даже доллары. Но стоит китайцу к нам подойти, тут же откуда-то вылетает полицейский и без всяких представлений начинает мутузить нахала резиновой дубинкой. Им строго-настрого запретили подходить к иностранцам в неположенных местах, что бы не обворовывали «святых» бизнес-паломников.
Но сегодня мы отдыхаем. Куда пойти — не знаем. Еда у них исключительно элитная. Куриные консервы, почему-то сладкие, Доширак, шашлычки с кусочками мяса, по форме и размерам похожим на жареных кузнечиков, яйца, которые зачем-то варят на мангале, в каком-то чёрном вареве, никакого желания это пробовать у нас не было. Выпить тоже было у них, например, китайская рисовая водка, от которой наутро голова болит, как от нашей палёной «Столичной», а вот пиво оказалось на удивление хорошим, его и взяли, с какой-то вяленой рыбкой. Сели мы в китайской подворотне, с виду ничем от нашей не отличающейся. Отдыхаем по-царски, сделал дело, бухай смело.
Нас было пятеро, Я, Саня, русский парень, недавно приехавший из Греции, где он мыл трюмы нефтяных танкеров, Тима, молчаливый и высокий интеллигент, Аскер, совершенно безбашенный, но прямой как палка, во всех смыслах, парень из селения Урвань и Тахир, очень даже неплохой рок-музыкант, невысокий балкарец, плотного телосложения из Тырныауза, с мужественным и небритым лицом, с которого не сходила добродушная улыбка. Тахир достал гитару и начал петь весьма актуальную тогда песню «Scorpions» — «Wind Of Change». На звук песни прибежали молодые китайцы. Судя по всему только один хорошо понимал по-русски. Попросили спеть «Ой, цветёт калина». Тахир добрый парень, совершенно беззлобный, спросил:
Давайте что-нибудь другое вам спою? – Это не мужская песня.
Они продолжали настаивать. Не знаю откуда Тахир так хорошо знал эту песню, видимо приходилось и такое петь в ресторане. А когда он начал петь, — Парня молодо-о-о-го, полюбила я, – все китайцы покатывались со смеху. Нашим было не до смеха, нам всем показалось, что они просто издеваются. И такая обида и за Тахира и за нас, и за державу у меня образовалась в душе, что я не выдержал, встал, выхватил у Тахира гитару и говорю:
– А давайте я вам народную китайскую песню спою. – все удивлённо посмотрели, но согласились послушать. А у меня ни голоса, ни слуха, да и гитару сроду в руках не держал, но не беда, если надо Родину выручать и вот я – запел фальшиво, но с душой:
Солнце встаёт над рекой Хуанхэ (по струнам бра-а-а-мс),
Китайцы на поле идут. (бра-а-а-мс).
Горсточку риса зажали в кулаке
И Мао портреты несут (бра-а-а-мс).
Уня-няня, уня-ня-ня, уняняняня,
Уня-няня, уня-ня-ня, уняняняня (бра-а-а-мс).
Ну и так далее. Теперь настала наша очередь смеяться. Тот русскоговорящий китаец что-то пробурчал на своём тарабарском остальным. Они ретировались, гордо попрощавшись, но вид был пристыженный.
* * *
Джек поставил бокал на стол, с нарочито громким стуком, дескать, я закончил свой рассказ, но, увидев вопросительные взгляды друзей, которые только что перестали смеяться и всё ждали, когда же будет философия, продолжил:
– Вы только не подумайте ничего плохого про китайцев, вообще-то они хорошие, работящие и приветливые, но меня до сих пор не покидает чувство, что их, как и нас, сильно испортил денежный вопрос. Иногда хочется плюнуть в сердцах на всё и…
– Что и, ну что и?
Вместо ответа рассказчик взял бокал и сделал огромный глоток, но видя, что вопрошающие всё ещё ждут, ответил:
– Хочется отправиться на желтую реку Хуанхэ, надеть китайскую шапочку и…, — он замолчал.
– Рис убирать что ли? – Казалось, что это спросили все одновременно.
Он задумчиво помотал головой и вымолвил после паузы:
— И радоваться всем, как себе, каждому новому дню, просто так, задаром –и Хуанхэ, и ручейку после дождя и всей жизни вокруг.
Дж. Тайсаев. Октябрь 2017.

Эй, товарищ, на такси нас до рынка довези
Очень сумка тяжела, в ней полным-полно барахла
Хуебин садись вперёд, нас товарищ довезёт
По китайски ему спой, будет скидка нам с тобой?

Поёт по-китайски…
Очень-очень много нас китайцев
И в Китае нам нельзя рожать
Мы в Москву переезжаем, тут детишек нарожаем
Будем вам работать помогать.
Мы в Москву переезжаем, тут детишек нарожаем
Будем вам работать помогать.
Русские работать не умеют
Только любят пить и отдыхать
Вот мой Хуебин умеет, по ночам кроссовки клеит
Провоняла клеем вся кровать.
Вот мой Хуебин умеет, по ночам кроссовки клеит
Провоняла клеем вся кровать.
Мой велосипед стоит в Харбине
Я его сюда не привезу
Заварю с Жасмином чаю, по Китаю я скучаю
Спой нам свою песню Байесу.
Поёт на китайском…
Гости к нам приедут из Китая
Посмотреть на наше житиё
Из Пекина и Харбина, оба сына Хуебина
С ними старый дедушка Йо-Йо.

Вот нашёл в Москве хороший бизнес
В фитнес-клубе я веду Ушу
Форму новую ношу, под инструктора кошу
Всем на уши вешаю лапшу.
Форму новую ношу, под инструктора кошу
Всем на уши вешаю лапшу.
Как учил наш вождь, великий Мао
Русский и китаец — брат навек
Вот таксист наш тоже брат, денег с нас решил не брать
Сразу видно — добрый человек.
Поёт на китайском…
Старший брат везёт свою маленькую сестру на лодочке
Лодочка качается, девочке нравится кататься
Они очень-очень любят друг друга

Благодаря чудесному фотофакту… мы вспомнили старую добрую пеСтню…

текстабильный наводчик максС

Понедельник. Первый рабочий день в СССР и в Китае
Солнце встает над рекой Хуанхэ,
Китайцы на поле идут,
Горсточку риса зажав в кулаке,
И Мао портреты несут.
Хор китайцев:
У-ня-ня, у-ня-ня, у-ня-у-ня-ня!
Вторник. Второй рабочий день в СССР и в Китае
Солнце встает над рекой Хуанхэ,
Китайцы на поле идут,
Горсточку риса зажав в кулаке,
И Мао портреты несут.
Хор китайцев:
У-ня-ня, у-ня-ня, у-ня-у-ня-ня!
Среда. Рабочий день в СССР. Рыбный день в Китае.
Солнце встает над рекой Хуанхэ,
Китайцы на поле идут,
Хвостик селедки зажав в кулаке,
И Мао портреты несут.
Хор китайцев:
У-ня-ня, у-ня-ня, у-ня-у-ня-ня!
Четверг. Рабочий день в СССР. Банный день в Китае.
Солнце встает над рекой Хуанхэ,
Китайцы купаться идут,
Хвостик мочалки зажав в кулаке,
И Мао портреты несут.
Хор китайцев:
У-ня-ня, у-ня-ня, у-ня-у-ня-ня!
Пятница. Рабочий день в СССР и в Китае.
Солнце встает над рекой Хуанхэ,
Китайцы на поле идут,
Горсточку риса зажав в кулаке,
И Мао портреты несут.
Хор китайцев:
У-ня-ня, у-ня-ня, у-ня-у-ня-ня!
Суббота. Выходной день в СССР, рабочий день в Китае. Китайцам завидно, поэтому их хор грустен.
Со-о-о-лнце встае-о-о-т над реко-о-ой Хуанхэ,
Кита-а-айцы на поле иду-у-у-у-у-ут,
Го-о-о-о-орсточку риса зажав в кулаке,
И Мао портреты несу-у-у-у-ут.
Но от тайги до британских морей
Красная армия всех сильней!
И поэтому:
У-ня-ня, у-ня-ня, у-ня-у-ня-ня!
Суббота. Выходной день в СССР, рабочий день в Китае. Вечер.
Солнце садится в реку Хуанхэ,
Китаец с китайкою спят,
Дети-китайцы сидят на горшке,
И Мао портреты шуршат.
И не слышно хора китайцев:
У-ня-ня, у-ня-ня, у-ня-у-ня-ня!

мелодикоэтнический исполнитель fimalous

Авторы Произведения Рецензии Поиск Магазин Вход для авторов О портале Стихи.ру Проза.ру

Портал Стихи.ру предоставляет авторам возможность свободной публикации своих литературных произведений в сети Интернет на основании пользовательского договора. Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил публикации и законодательства Российской Федерации. Данные пользователей обрабатываются на основании Политики обработки персональных данных. Вы также можете посмотреть более подробную информацию о портале и связаться с администрацией.

Ежедневная аудитория портала Стихи.ру – порядка 200 тысяч посетителей, которые в общей сумме просматривают более двух миллионов страниц по данным счетчика посещаемости, который расположен справа от этого текста. В каждой графе указано по две цифры: количество просмотров и количество посетителей.

About the author

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *